"Гелетей – это, по-моему, одна из крупнейших ошибок Порошенко"

Печать

Юрий Бирюков, основатель фонда помощи стране "Крылья Феникса" - один из самых "раскрученных" волонтеров, помогающих украинским военным. Он один из тех, о ком говорят: "Они одели армию". LB.ua уже писал о Бирюкове, когда он совместно с замкомандира батальона 79-ой бригады вытащил из изваринского котла 75 раненых. Не так давно Юрий стал советником президента. А три недели назад при его активном участии был создан добровольческий батальон "Феникс". Мы поймали Бирюкова между выездами в зону АТО, когда он приехал в Киев.

Фото: Униан

Вот ты только что вернулся оттуда в Киев, такой мирный город. Как ощущается контраст?

Контраст сильный. Ну а как они здесь ощутят, что там война идет? Никак.

Телевидение, радио?

Телевидение показывает некую картинку, по сути своей настолько дикую, что многие люди просто осознать не могут, что это не Африка, не Юго-Восточная Азия, что это Донецк, это 450 километров.

 Как ты думаешь, когда до них дойдет?

Я думаю, что скоро – когда каждый второй, каждый третий мужчина получит повестку…

А ты считаешь, получит?

Я был бы абсолютно не против, чтобы у нас сейчас в стране была всеобщая мобилизация. Не обязательно всем ехать в АТО. Но вообще попасть хотя бы на десятидневные сборы – я бы очень этого хотел.

Чтобы люди как-то вообще очухались и осознали, что, помимо гламурной жизни, есть еще понятие «долг защищать Родину».

Моему сыну восемнадцать лет, и года три назад спроси у меня кто-то об армии – я бы приложил все усилия для того, чтобы его отмазать. А сейчас…

А куда сыну, по-твоему мнению, следует…?

79-ая аэромобильная бригада!

Т.е. не в добровольческие батальоны, не в Нацгвардию?

В регулярную армию. Я немножко противник вообще вот этих всех спецбатальонов МВД, территориальных оборон как структурных единиц, не как людей. Там отличные парни. Но когда спецбатальон МВД просит танки – у меня в голове это немножко не укладывается. Вы классные ребята, вы бойцы и так далее, но вы милиционеры. Я – фанат, промоутер, рекламный агент регулярной армии.

Фото: www.facebook.com/yuri.biriukov

Вопрос в том, что регулярная армия не может создать армейские добровольческие подразделения так, как это было быстро сделано в рамках МВД.

Извините, 3-ий батальон 79-ой аэромобильной бригады «Феникс» стопроцентно добровольческий батальон.

А когда он появился?

Три недели назад.

Только три недели назад, я ж об этом. Как это удалось, можно рассказать?

У меня очень хорошие взаимоотношения с Игорем Васильевичем Кабаненко (адмирал, замминистра обороны - прим. Ред.). А он курирует вообще все вопросы территориальных оборон и тому подобного. Из всех замминистров и более-менее влиятельных людей в министерстве он наиболее адекватный. Я не могу утверждать про неадекватность других, потому что я знаю еще только господина Мехеда (заместитель министра обороны - прим. Ред.) – вот в его адекватности у меня большие сомнения, о чем я ему говорил лично. Допускать те высказывания относительно волонтерской помощи, которые он в свое время допустил, и после этого не извиниться… Все, что я хотел ему сказать, я ему уже сказал.

Мы с Кабаненко идею создания батальона мусолили недели полторы – на самом деле, не так долго. Просто с этой идеей никто до меня не приходил, всего-навсего.

Может, никто не знает, что можно прийти?

Да, причем, пойми, я в этот момент еще не был советником президента. Я был уже раскрученный волонтер, с Игорем Васильевичем был знаком в фейсбуке. Мы с ним сошлись на том, что сама по себе идея правильная – не формировать части территориальные обороны, а увеличивать штатный состав вооруженных сил Украины. Ну а потом как-то так сложилось и назначение, и получение директивы – это все произошло одномоментно. Ну и, собственно, данный прецедент есть сейчас в 95-ой аэромобильной бригаде и в 80-ой аэромобильной бригаде. Эксперимент проводят сейчас на всю катушку, и тут выясняется, что в армию добровольцы идти не хотят.

Почему?

Потому что десантников посылают в такие…глубинные.

Уже «Донбасс» и прочих, как утверждается, послали в такие глубины

Там нужно еще хорошо разобраться, кто его послал, куда его послал. Нельзя верить во все эти истории, руководствуясь исключительно сообщениями господина Семенченко или еще кого бы то ни было.

Фото: EPA/UPG

Давай вернемся к житейским историям. Как так получилось, что ты стал таким раскрученным волонтером? В чем рецепт успеха? В чем ноу-хау?

Ноу-хау никакого нет. Рецепт успеха: первое – забудьте про семью, про детей, про жену.

Может, на Майдане была практика?

На Майдане, дом Профсоюзов, 3-ий этаж, 312 кабинет, медсектор Майдана. Все. Ну, под конец. А потом Михайловский, когда 18-го февраля Дом профсоюзов сожгли. Нет, Майдан не был чем-то очень меня захватившим.

Не бросал коктейли?

Ну, нет, я их делал. Так сложилось, я химию неплохо знаю. А вот 18-го февраля… Я очень хочу услышать когда-нибудь ответ, у кого ж мозгов хватило людей повести к Верховной Раде на убой. Меня переломали вот эти 18-ое, 19-ое, 20-ое, 21-ое, крепко. А дальше это уже известная история. Меня супруга вытащила на море, и тут… Какое море, если есть ноутбук, интернет? Поэтому, может быть, я и раскрученный, потому что с первых дней. То есть, я первую коробку с гуманитаркой отправил 4-го марта, по-моему.

Сколько в общей сложности собрал?

Десятки миллионов гривен, мы сейчас затрудняемся сказать точную цифру.

Миллионов пятьдесят уже, наверное.

Какой самый большой взнос?

Почти двести тысяч долларов. А если не деньгами – то 25-квартирный дом на Лесном массиве под Киевом. Сданный в эксплуатацию.

А что с налогами, налоговая не интересуется?

Во-первых, она не должна сейчас приходить и спрашивать, я обязан в следующем году подать декларацию. Во-вторых, есть законопроект, который принят в первом чтении, я в нем написал там где-то тридцать процентов текста. Этот законопроект освобождает волонтеров от всей этой головной боли.

Фото: www.facebook.com/yuri.biriukov

Просто есть много «мелких» волонтеров, им будет сложнее.

Пусть позвонят ко мне, я пришлю адвокатов. 25-ая ВДВ, 79-ая ВДВ, 72-ая мехбригада – у нас отличные адвокаты.

Что за бизнес у тебя был до того, как началась война? Чем ты занимался в жизни?

Я работал в турфирме, сеть туристических агентств. Плюс у меня есть айтишный бизнес, он есть как бы и сейчас в Штатах.

Как у вас обстоят дела с отчетностью для фонда?

А это веселая тема, на самом деле.

Дома лежит реально мешок чеков. На самых первых этапах я каждый день тратил пять минут на то, чтобы выложить табличку. Потом, когда это превратилось в полтора-два часа… Я у себя в фейсбуке написал: людей, которые дают деньги, не интересуют чеки. Их интересует результат.

Я могу сказать, что я трачу вот эти общественные деньги на заправку своей машины. По той простой причине, что я в Киеве не нахожусь, я там езжу. Ну да, я форму себе купил, наравне со всеми, заплатив вот эти деньги.

А вот не хотелось пойти все-таки повоевать?

Так я воевал, стрелял. Попали в засаду.

Это внезапно получилось, а я имею в виду целенаправленно – выучиться на снайпера, на корректировщика, к примеру.

Нет. Я оцениваю эффективность. Будучи снайпером, я убью, условно, десять человек. Поставив в армию три тысячи бронежилетов и сколько-то там тысяч касок, я сделаю намного больше. Выбив для 79-ой бригады 34 БТРа, сколько жизней бойцов я спас. И скольких врагов я угробил.

Слушай, а ты как-то можешь повлиять на позицию президента, будучи его советником?

Слухи о моей влиятельности в аппарате президента слишком преувеличены. Я Петра Алексеевича всего видел трижды, и один раз мы говорили по телефону. За две недели как назначен.

Фото: www.dyvys.in

Ты – советник на общественных началах или в штате?

Смешная история, на самом деле. Я думал, что на общественных. А потом мне говорят: ты приди, декларацию оформи, присягу прими, зарплата, опять же. Я говорю, какая зарплата, вы че, бредите, что ли? Зарплата – тысяч пятнадцать гривен, по-моему.

Нормально.

Я говорю – классно, а можно этого как-то здыхаться, пожалуйста? Официально, я так понимаю, на общественных засадах, потому что я не имею права в качестве государственного служащего пятой категории принимать благотворительные взносы на свою кредитную карточку.

А не было желания попытаться донести президенту, чтобы, может, он по-другому как-то свою политику выстраивал? Например, многих очень сильно расстраивает этот тренд на показное умиротворение агрессора.

Эти многие готовы завтра участвовать в похоронах тысяч людей?

Это те, как раз, которые хоронят, которые готовы, я про этих говорю.

Нет таких людей. Я тебе говорю как человек, который похоронил лично полтора десятка.

Совместно с Россией патрулировать границу, ты считаешь, это правильно?

Пойми, когда 79-ая бригада была в окружении, мы все понимали, что русские… нет, россияне, это я русский. Так вот – россияне балуются. Если бы они хотели убить всю бригаду, они бы это сделали за пять секунд.

Что их удерживает?

У них нет цели нас всех убить. Мы для них рабочая сила. Выжженная территория им здесь не нужна. И попытки радикализации конфликта приведут не к сотням жертв, а к тысячам. Кто-то это понимает? Кто-то задумывается о том, что объявление войны Российской Федерации…

Никто про войну не говорит.

Извините, все требуют военное положение.

Военное положение и объявление войны – это ж разные вещи.

Да, но объявление военного положения приведет к объявлению войны.

Почему?

Россия ждет повода изо всех сил, они провоцируют нас вдоль границы.

Фото: EPA/UPG

Сейчас они уже осознали, что они не спровоцируют Украину, поэтому они уже пошли просто так. Я же это видел своими глазами – заходит на нашу территорию тройка вертолетов, Ми-8 и два Ми-24, заходят вглубь на три километра и висят. Откровенно подставляют борта. То же было с «Градами» и со всеми остальными делами. Они стояли в 300-400 метрах от границы на своей территории. Мол, нате, подорвите нас, ответьте огнем… У меня у самого руки чесались бомбу туда им кинуть.

На твой взгляд, в чем должна состоять наша стратегия в это ситуации?

Это политическая акробатика высочайшего масштаба – умудриться не допустить развертывания реально третьей мировой войны.

Существует ряд ультиматумов со стороны Владимира Владимировича, касающихся Украины в целом и Донецка и Луганска в частности. Ему нужна вся Украина в составе Советского Союза. А Европе мы нужны именно как буфер. Так что жизни спокойной нам не предвидится
.

Я понимаю, что мы очень слабая страна с очень слабой армией, с очень высоким уровнем патриотизма, но этот высокий уровень патриотизма продержится ровно до средины декабря. А потом, когда придут морозы, и начнут города замерзать, люди резко забудут, что они сине-желтые патриоты, они начнут думать, что дома холодная вода и батареи замерзли.

А как это с патриотизмом связано?

Маятник качнется в сторону другую.

Какую?

А ты представляешь, что такое революционные матросы, 1917 год? Уже сейчас чуть что – «мы идем на Киев». А что будет зимой, когда города замерзать начнут?

А причем тут Киев?

Подожди, а причем тут Иловайск к администрации президента Украины?

Главнокомандующий там. Вопрос в том, что Порошенко уже Президент, но еще не Главнокомандующий.

Проблема в том, что его люди видят как главнокомандующего, а он – кризис-менеджер. И помимо войны на востоке у нас еще куча всяких проблем в стране. А команды нет.

Фото: president.gov.ua

90% аппарата президента – это люди Януковича. А 99% министерства обороны – это люди Януковича.

За кого голосовать будешь?

На выборах? Не знаю.

Баллотироваться предлагали?

Да – все, кому не лень. Послал всех.

Волонтеры совершают колоссальную моральную ошибку, претендуя сейчас на участие в выборах. Должность депутата Верховной Рады предполагает сидение в Верховной Раде, участие в пленарных заседаниях и так далее.

Вы, соответственно, бросаете помощь армии и идете в Верховную Раду.

Может, тогда тебе лучше министром обороны быть? Гражданский министр, есть такая практика, очень европейская.

Сказать, что я хочу этого – нет, я этого не хочу. По одной простой причине – моих знаний явно недостаточно для того, чтобы быть эффективным министром обороны.

А кто эффективный? Что, нужно Гелетея оставить?

Ой. Гелетей – я Петру Алексеевичу говорил, это, по-моему, одна из крупнейших его ошибок, на мой взгляд. Его поставили с благой целью, поскольку он не из системы, бороться с коррупцией внутри системы. Но в стране война, и ему сейчас не до коррупции, а управлять армией он не умеет, он не знает, что это такое.

Фото: www.dyvys.in

Вот что нам делать тогда?

Воевать. Работать. Воевать и работать. Мы за четыре месяца с нуля создали армию. Мы, волонтеры. Не страна, не государство, не власти.

Мы будем работать, но кто-то будет управлять страной – ведь по большому счету, все зависит от Главнокомандующего, Президента.

Делая это, мы даем нашей власти, тому же президенту, дополнительные аргументы и козыри, уверенность в проведении переговоров. Потому что если бы такая ситуация была бы шесть месяцев назад, то нужно было бы сливать. А сейчас мы уже огрызаемся. Порошенко поехал в Минск, и не пошел на попятную. Потом россияне заявили, что в ближайшее время переговоров не планируется. А о чем переговариваться? Порошенко сказал, что он Украину не отдает.

Тэги: благотворительность, волонтеры, Петр Порошенко, боевые действия на востоке Украины, Валерий Гелетей, Юрий Бирюков
Печать
Материалы по теме
Читайте в разделе

Выбор читателей
Путін відпустив Надію Савченко до України. Чию заслугу в цій події ви вважаєте найбільшою?