Семен Глузман
Когда-то, в далёкие семидесятые прошлого века я сказал: «Король голый!». Посадили. А я, наивный, тогда хотел лишь одного – говорить вслух, задавать вопросы, сомневаться. Дожил, могу говорить вслух. И писать. Но опять – в рамках дозволенного, в рамках выбора из двух зол. А я хочу – «против всех».