Духовные войны - 2

Печать

В первой части "Духовных войн" мы рассказали о том, почему и при каких обстоятельствах иудей, протестант и буддист взяли в руки оружие, став на защиту страны, и как им служится в АТО. Сегодня мы публикуем истории католика, дончанина, исповедующего ислам, греко-католика и православного - без пяти минут священника УПЦ (МП), которые служат в рядах Вооруженных сил Украины.

Надпись на бронежилете одного из военнослужащих в зоне АТО
Фото: niklife.com.ua
Надпись на бронежилете одного из военнослужащих в зоне АТО

Денис Билецкий, 28 лет, католик, офицер погранвойск

Однофамилец командира добровольческого полка «Азов» Денис Билецкий – римокатолик, он служит почти 11 лет в пограничных войсках. До перевода в зону АТО состоял в Чопском погранотряде – на противоположной стороне госграницы. На Донбассе Денис уже третий месяц – сейчас погранзастава, где он является командиром, находится очень близко к передовой.

В католицизме нет запрета на ношение оружия, говорит Денис. И нет особых сложностей с соблюдением традиций.

- Неудобства были раньше, когда я только начинал службу. А теперь если праздник, то это праздник, если я хочу помолиться, то я могу перед строем помолиться. Для меня это вообще не проблема. Среди мобилизованных есть разные люди, которые могут подумать, что у меня немного не так с мозгами или еще что-то – я на это не обращаю абсолютно никакого внимания.

Военный каждую неделю ходит в местный храм – недалеко от его погранзаставы есть православная церковь Киевского патриархата, туда ходят и его сослуживцы. В католицизме разрешается посещать церковь другой конфессии при отсутствии костела поблизости. Кроме того, в часть приезжают военные капелланы – они исповедуют и причащают всех желающих. За пару дней до интервью LB.ua заставу Дениса посетил католический священник из его парафии, из Хмельницкой области. На литургию пришло довольно много людей: «Всем было интересно, такие мероприятия у нас проходят нечасто», - отмечает офицер.

Греко-католический капеллан Николай Квич в зоне АТО
Фото: www.credo-ua.org
Греко-католический капеллан Николай Квич в зоне АТО

Сейчас у католиков заканчивается Адвент – четырехнедельный пост перед Рождеством. По словам Дениса, солдатам позволяется не поститься совсем, но он соблюдает традицию по-своему, с учетом условий.

- Я всегда отказываюсь от чего-то. Не обязательно от еды. Можно отказаться, например, слушать музыку на протяжении поста, или не смотреть телевизор. Еще какие-то вещи отложить на потом. Или принять решение, что каждый день я буду дополнительно один десяток Розария (католическая молитва на четках - ред.) молиться. Такое ограничение считается тоже нормальным постом, - говорит военный.

В своем подразделении он старается делать все по справедливости: поощрять тех, кто сделал хорошее, наказывать провинившихся, тем самым подавая пример христианства. Католиков римского обряда Денис встречал на войне редко – чаще православных и греко-католиков, некоторые из них служат вместе с ним.

- Есть даже мусульманин у меня. И проблем с ним вообще никаких - в некоторых моментах он даже лучше меня понимает, чем другие люди. В первую очередь, в моментах подчинения. Потому что некоторые плохо умеют подчиняться приказам, а этот человек, когда я говорю ему так сделать, берет и делает, даже не спрашивая, почему так. Потому что он знает, что так надо. И все.

Как и другим военным, пограничникам помогают волонтеры – в том числе, из местных. Денису особенно запомнилось, как в часть пришел старенький дедушка – лет 70-80, и принес вязанные носки, перчатки и салфетки для носа – это было искренне и очень приятно. Но, по словам офицера, таких примеров множество – люди не остаются безразличными.

Ощущение, что ему помогает Бог, не покидает Дениса. «У меня всегда хорошее настроение, даже когда трудно. Если появляется проблема – я перед тем, как лечь спать, помолюсь, и как-то эта проблема решается сама собой», - говорит военный.

Денис, уже получивший гражданское - юридическое, а затем военное образование, по окончании АТО хочет продолжить службу и поступить в военную магистратуру.

Айнур (имя изменено), мусульманин, разведчик 72-й ОМБР

Разведчик 72-й отдельной мехбригады ВСУ Айнур родился в Донецкой области, а его родители – коренные крымчане, пережившие депортацию и вернувшиеся в Украину с Урала в 1957 году.

Айнур был мобилизован и служит в армии с сентября – впрочем, мобилизация совпала с его добровольным желанием пойти на войну: «У меня критерий простой: я здесь живу, родился здесь, и, как мужчина, я защищаю свою землю. Никаких сложностей. Я вижу, кто агрессор, а кто жертва, и у меня на этот счет не было никаких колебаний. Какая вообще может быть проблема у мусульман, у буддистов, христиан, иудеев, если речь заходит о простых вещах? Есть твой дом, твоя Родина, и кто-то на нее нападает. Какое может быть сомнение, идти или не идти?», - задает риторический вопрос военный.

Бойцы 72-ой ОМБР
Фото: uainfo.org
Бойцы 72-ой ОМБР

По образованию Айнур – культурный работник, и много лет проработал в этой сфере директором Дома Культуры в одном из городов Донецкой области. Затем, по его словам, делая успехи на своем месте, он кому-то помешал, и в конце 90-х потерял работу.

Пытался устроиться в МВД – и тут повлияли недоброжелатели: Айнура не приняли в штат. Тогда он пошел в политику, познакомившись в 2000 году с Рашидом Брагиным (брат партнера Рината Ахметова - Ахатя Брагина, погибшего при взрыве на стадионе в Донецке – ред.). Брагин основал Партию мусульман Украины, в которую вступил Айнур.

- Мне понравилось в их программе то, что они собирались решать проблемы крымских татар. Там были представители из Крыма. Мы этим занимались поначалу, я участвовал в организации местной ячейки партии. Но, правда, в 2005 году мы влились в Партию регионов, и сразу началось укрепление структур смежных партий, под предлогом того, что мы будем решать наши вопросы вместе с ними в регионах. Но все это оказалось профанацией. Наши вопросы никто не решал.

После чего партийная деятельность перестала быть интересной для Айнура. Его жена много работала и была в то время кормилицей в семье, поэтому он сам направил все силы и время на воспитание сына и дочери.

Насколько он в этом преуспел – покажут успехи самих детей, считает отец. Его 27-летний сын закончил университет в Донецке, и с мая этого года работает в Киеве в сфере IT. Дочка живет с мужем и двумя детьми в Ялте. Переезжать ей нет смысла, считает Айнур – ведь теперешнее «подвешенное состояние» Крыма рано или поздно разрешится. Более того, ему думается, что полуостров в дальнейшем не будет ни российским, ни украинским, а пойдет своей дорогой.

- Россия ни в коем случае не допустит, чтоб Крым снова попал в состав Украины. Украина тоже проявила в этом вопросе, если положа руку на сердце – не то чтобы слабость, а, понимаете… Нельзя было так отпускать. Теперь остается средний вариант, он только один: если Крым будет под эгидой ОБСЕ и всех международных институтов проводить легальный референдум, то крымчане, уверен, захотят быть отдельной республикой. Конечно, она будет сотрудничать с нами, с Украиной, в плане энергоносителей, торговли.

В 2014 г., когда в Киеве стоял Майдан, Айнур занялся организацией в Донецке регионального отделения Меджлиса крымских татар. Общался с руководством Меджлиса в Крыму – но после аннексии Крыма процесс создания организации заморозился где-то на уровне 50%. Он пытался достучаться до руководителей Меджлиса, даже дозвонился и поговорил с Рефатом Чубаровым, чтоб ускорить дело - Чубаров пообещал ему гуманитарную помощь на строительство здания. А в конце лета Айнуру пришла повестка из армии.

Во время обыска Меджлиса в Симферополе
Фото: www.unian.net
Во время обыска Меджлиса в Симферополе

В своем подразделении он оказался не единственным представителем ислама. С ним служит киевлянин, таджик по национальности.

Никаких сложностей в связи с исполнением религиозных обрядов на службе Айнур не испытывает. Кушать халяль (дозволенную еду по стандартам ислама) не получается - но это не главное, говорит военный. Ограничения в еде по Корану являются, скорее, предостережениями, чем запретами. И если речь идет о том, чтобы скушать неразрешенное (даже кусок сала) или умереть с голоду, то нужно есть. То же самое касается и мусульманской молитвы - намаза.

Так, в добровольческой роте “Крым”, где служат преимущественно татары-переселенцы с полуострова, намаз совершается трижды в день вместо пяти на “гражданке”. В обычных воинских частях и такой возможности часто не бывает, поэтому солдатам позволяется отходить от правил.

Для нас обязателен Джума-намаз – это молитва по пятницам. Но если я нахожусь где-то при обстоятельствах, Всевышний видит и позволяет даже ее пропустить, - объясняет мусульманин.

По его словам, для Аллаха не является критерием то, сколько раз человек помолился. Важнее делать добро - и Он это оценит.

 - Всевышний настолько мудр, что, понимаете - если я 5 раз в день не сделаю намаз, а при этом поведу себя, ориентируясь на основные принципы мусульманина, то в этом не будет ничего зазорного и позорного, и я ничего не нарушу. Но коллективный Джума-намаз в пятницу стараемся делать, потому что так умножается молитва к Всевышнему. Чем больше добрых намерений, тем больше к вам Он обращает свой взор и внимание.

Вместе с Айнуром служат также верующие христиане, которые посещают ближайший к расположению храм - кстати, Московского патриархата. Он с уважением говорит о людях, которые даже в непогоду приходят с дальних постов на воскресную службу. Представителей других религий Айнур пока не встречал, но считает, что эта война – как катализатор единения всего народа.

- Были и такие моменты в истории советской власти, когда многие офицеры из числа крымских татар, воины, которые приходили в Крым после депортации, видели разоренные дома. Они, чтобы не сойти с ума, воевали в Западной Украине в рядах УПА. И теперь я их отлично понимаю. Сам поступил бы так же, если бы жил в то время.

Бойцы сотни <<Крым>>
Фото: www.facebook.com/sotnja.krym
Бойцы сотни <<Крым>>

Сам Айнур был и комсомольцем, и коммунистом, но вовремя понял, что партийные функционеры лгали людям.

По его убеждению, добро и зло в мире всегда уравновешено. Сейчас “Пyтин перебрал лимит зла, а потому Всевышний будет помогать только тем, кто занимает в этом противостоянии сторону добра”, - говорит боец.

- Кстати, если коснуться анализа всех войн, всех империй - они начинали свое падение как раз в тот момент, когда достигали вершины, пика своего развития. И после этого все начинало сыпаться. Любая империя приносит зло на какую-то територию. А потом Всевышний начинается все это уравновешивать. Точно так было с Гитлером, с Наполеоном, с Чингиз-Ханом, с кем угодно. Точно так будет и с Пyтиным. Его глупость в том, что он этого не понимает. А я, простой человек, это понимаю. И я прекрасно знаю, что у нас большой карт-бланш перед Всевышним, и мы получим тот результат, за который и боремся.

А служить и бороться Айнур намерен столько, на сколько хватит сил – пока будет полезен своей стране.

Роман Семчишин, греко-католик, заместитель командира 25-го батальона территориальной обороны “Киевская Русь”

Фото: www.facebook.com/Роман Семчишин

До того, как попасть в батальон теробороны, львовянин Роман почти полгода был сотником Самообороны Майдана. «Киевская Русь» стала третьим силовым подразделением, куда пошли служить люди из его сотни. Предыдущие два были частями Нацгвардии.

- Я принял свое решение после известных событий под Волновахой, когда при оскорбительных обстоятельствах погибло очень много украинцев. Я объявил, что ухожу с поста сотника, и предложил тем, кто хочет: или идем со мной на войну, или расходитесь по домам. И передал полномочия сотника своему заместителю, который был в то время в Херсоне, - вспоминает офицер.

Изначально его батальон был полностью, “с нуля” сформирован из майдановцев.

Семья Романа приняла его решение пойти в армию стойко и спокойно. Близкие люди, которые давно его знают, уже не удивляются, не обсуждают и принимают его решения как обстоятельства, с которыми просто надо считаться.

Искренний греко-католик, Роман в звании капитана стал заместителем командира батальона, который участвал в боевых действиях. Говорит, что нет никаких мировоззренческих причин, чтобы офицер, даже запаса, не оборонял свою страну и свой народ. Люди с оружием на его земле – враги, и его работа - их уничтожать. В этом его поддерживают близкие и уважают его решение. Так же считает его товарищ - священнослужитель львовской Церкви Успения Пресвятой Богородицы (ее в 2001 г. посетил Папа Римский - ред.), с которым он советуется всегда, когда возникают спорные вопросы по жизни и вере.

Служба не мешает Роману молиться и исповедоваться в ближайшем православном храме, а поститься, ограничивать себя в еде на войне не обязательно: у военных слишком большая физическая нагрузка, и церковь принимает это во внимание: «Они собственноручно обустраивают себе жилище, блиндажи. Роют окопы, создают бомбоубежища, которые защитят их от обстрела артиллерией. Рубят дрова, разгружают боеприпасы и амуницию, носят на себе тяжести», - перечисляет Роман. Поэтому у военных в рационе обязательно должно быть мясо – как белок, дающий силу мышцам.

С другой стороны, вопросы строгой дисциплины в АТО отошли на второй план, и солдаты на блокпостах могут себе позволить определенную свободу.

- Вот в минувшее воскресенье нужно было резать болгаркой металл за оградой, варить защитные сетки. Мы перенесли это на понедельник. В воскресенье лучше какую-то другую работу делать, полегче. В принципе, все военные на этой войне очень самостоятельны. Наш батальон уже четвертый месяц на Донбассе, и сейчас каждый военнослужащий знает, что он должен делать. Каждый, в принципе, управляет своим временем, кроме дежурств, сам - определяет, когда ему стирать, когда заготавливать дрова, а когда возить уголь. Есть возможность переносить определенную работу с праздников на будни – переносим», - отмечает офицер.

Когда приезжает капеллан - в батальоне забывают о различиях между конфессиями. Священник исповедует и проводит литургии для всех желающих.

Греко-католический священник отец Иван Гопко в зоне АТО
Фото: catholicnews.org.ua
Греко-католический священник отец Иван Гопко в зоне АТО

- Я вижу, как к священнику люди тянутся, очередь выстраивается на исповедь. У нас отправляются службы по погибшим. Они приобретают особый смысл: это уже не абстрактные погибшие, они из нашего батальона. И когда эта служба отправляется, солдаты думают про своих товарищей, живых и мертвых. И вопрос конфессий не стоит, - объясняет Роман. В его батальоне уже до десяти погибших.

Кроме христиан, в «Киевской руси» уже служили иудеи, мусульмане (один из них – узбек по национальности – служит и сейчас). Правда, первый иудей, с которым столкнулся Роман, вместе со Звездой Давида носил на шее крестик, и говорил, что одно другому не мешает.

У Романа, который, кстати, баллотировался на выборах в парламент в октябре этого года по мажоритарке, но проиграл кандидату от БПП, есть собственное оригинальное видение того, как закончится конфликт на востоке. Звучит как пророчество:

- Эта война закончится развалом, разрушением Российского государства. Внутри него начнется смута, активизируются национально-освободительные движения народов, которыезакрепощены. Участятся проявления гражданского общества, которые станут убедительными для людей и преодолеют ложь пропаганды. То есть, развалится Россия – закончится война.

Он достаточно глубоко знает историю украинской государственности и отношений между Россией и Украиной, и не первый год борется с тоталитарными режимами: до этого Кучмы, Януковича. Собственную независимость от режимов Роман обеспечивал небольшим бизнесом по выращиванию деревьев. Когда закончится война, он хотел бы вернуться к любимому делу: говорит, что это единственное, что спасет его от депрессии, которая всегда приходит на смену боевому адреналину.

Андрей Середа, православный УПЦ (МП), младший лейтенант, Святошинский военкомат

Андрей Середа учился на священника, но пришел в военкомат и стал военным. Закончив в Одессе Духовную семинарию, а затем в столице – Киевскую духовную академию, он прошел военную кафедру и получил звание младшего лейтенанта запаса. Вряд ли Андрей задумывался о том, что ему когда-то пригодится это звание. Но на его землю вторглась чужая армия.

Андрей Середа до мобилизации нес послушание журналиста в Киево-Печерской Лавре
Фото: предоставлено А.Середой
Андрей Середа до мобилизации нес послушание журналиста в Киево-Печерской Лавре

Как только в марте этого года началась первая мобилизация, он предупредил домашних о том, что может прийти повестка, и он пойдет служить, но не стал дожидаться официального приглашения: «Я же все-таки присягу принимал, я должен защищать страну. Я подождал пару дней - не пришла повестка, и сам пошел в военкомат», - рассказывает доброволец.

Андрея взяли на службу не сразу: на тот момент нужны были другие специальности. Но в конце концов его мобилизировали, определив должность офицера формирования команд и партий. Он сопровождал очередных мобилизованных в воинские части, где они приступали к боевому дежурству, а также отвозил тела погибших героев к родным.

Вскоре его перевели на должность старшего офицера отделения комплектования. Андрей занялся комплектованием воинских частей «человеческим ресурсом» - он нехотя употребляет это выражение. По сути, подбирает кадры для различных бригад ВСУ. А еще, несмотря на то, что Андрей не успел пока стать батюшкой, военные к нему часто обращаются за советом – всем нужна духовная поддержка.

"Вот уже 9 месяцев я нахожусь в Святошинском военкомате в Киеве – кроме тех дней, когда езжу в командировки. Я не принимал участия в боевых действиях. Но мы все уже очень долго просимся и ждем времени нашего перевода, когда мы поедем в боевую часть", - говорит Андрей, по интонации которого чувствуется, что он действительно засиделся на штабной должности. Он повторяет несколько раз, что готов в любой момент собрать вещи и отправиться на восток – но приказ пока не приходит.

Рассказывает, как его приятель Руслан, с которым вместе учились в семинарии, пошел по контракту в армию и после полутора года спокойной службы успел повоевать, будучи в 79-й аеромобильной бригаде. «Он получил ранение где-то за 10 часов до освобождения Славянска. И, насколько я знаю, он сейчас в Одессе на реабилитации, а может, уже и дома – но не вернулся еще на фронт, ему положено время на восстанавление», - Андрей отзывается с уважением об однокурснике, который успел «понюхать пороху». Он считает тех, кто участвуют в боях на востоке страны, настоящими героями.

Противоречий между своим желанием идти на войну и библейскими заповедями он не видит.

Фото: EPA/UPG

«Какое может быть противоречие у православного человека, если главная заповедь любви о том, что нет больше той любви, чем душу положить за други своя? И знаете, это святая обязанность каждого мужчины, каждого христианина - защитить землю, дарованную Богом, своих родных, близких и тех людей, которые нуждаются в нашей защите. Поэтому у меня никаких сомнений не было. Тем более, что я - сын военнослужащего, и меня всегда воспитывали в том духе, что мужчина должен защищать», - говорит офицер.

Для него эта война – возможность исполнить как гражданский, так и духовный долг. Семья поддерживает Андрея, но многие сверстники, однокурсники не разделяют его позицию, ругают и не понимают. Впрочем, для него это совсем не важно.

Он уверен, что каждый православный человек, каждый христианин хочет мира, тепла и любви. Но при нападении нужно защищаться. Андрей вспоминает эпизод, когда Христа вызвали на судилище и Его ударил раб архиерея. Христос ведь не промолчал, сказав: «За что ты бьешь меня?». Поэтому смиренно, как овцы, сдаваться, идти на заклание – неправильно.

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в ноябре сказал об Украине: «Народ, разделившийся в понимании своей истории, неспособный сохранить единство». Не смотря на это, верующие, в том числе, его церкви УПЦ (МП) отмечают сегодня полное единение украинцев в борьбе с агрессором.

Накануне разговора с LB.ua Середа вернулся из 96-й школы им. О. К. Антонова, что в Святошинском районе – единственной школе столицы с углубленным изучением русского языка. Там дети к празднику Святого Николая Чудотворца своими руками сделали ангелочков, которых просили передать «киборгам» из 95-й бригады, воюющим в Донецком аэропорту.

- Поверьте, сердце просто на куски разрывается, когда я вижу эти глаза и чувства. Получить этих маленьких ангелочков для ребят будет, наверное, намного ценнее, чем даже теплые носки. Это как надежда вернутся оттуда, понимание того, что они нужны, не забыты, они там не одни. За них молятся десятки, сотни, тысячи наших детей.

По окончании академии Андрей планировал стать священником. Он хочет вернуться к исполнению этого плана, когда наступит долгожданный мир.

Священник кропит святой водой военную технику и военнослужащих специального подразделения &lt;&lt;Сармат&gt;&gt; перед отправкой восток на территории воинской части в Запорожье
Фото: www.dyvys.in
Священник кропит святой водой военную технику и военнослужащих специального подразделения <<Сармат>> перед отправкой восток на территории воинской части в Запорожье

Тэги: религия, православие, мусульмане, военные, греко-католики, Католическая церковь, боевые действия на востоке Украины
Печать
Читайте в разделе
Топ тема
Выбор читателей