Офицер «Айдара»: Я провел 11 дней в подвале по приказу Мельничука

Печать

Еще 28-го февраля он был в плену у своих же, а уже через несколько дней вернулся на фронт. Это при том, что у боевого офицера, которого знают как «Роман Романыча», была сломана рука, а кисти были опухшие и кровоточили от многодневного пребывания в наручниках. Но на войне — «ніколи хворіти».

«Романыча» похитили в Северодонецке и 11 дней удерживали в Счастье. Он говорит, что люди экс-комбата «Айдара» Мельничука даже успели свозить его обратно в Северодонецк с целью передать милиции. Но правоохранители, не имея на руках никакой крамолы на нашего собеседника, не увидели ничего сверхъестественного и в том, что какие-то вооруженные люди привозят к ним боевого офицера ВСУ — всего побитого и со связанными руками. Более того — они не пожалели для него свои номерные наручники! И отпустили с миром — в подвал беспредельщиков. А герой наш, уж поверьте, личность в регионе весьма известная, чтобы в областном управлении милиции не отдавали себе отчет в том, кто перед ними.

Эта история поразит тех, кто еще сохраняет иллюзии насчет экс-комбата «Айдара» Сергея Мельничука и тех людей, которые непосредственно ему подчиняются.

Фото: Макс Левин

- Я, как офицер штаба батальона «Айдар», был назначен куратором сводной роты, которая стоит на «передке». 18-го февраля я, комвзвода «Авиатор» и два моих бойца приехали в Северодонецк в областное управление милиции. О причине говорю без утайки — один из бойцов немного похулиганил, его задержали, и мы привезли ему передачу. А под УВД уже стояли 10-11 машин с «орками» —- так мы называем всю неоформленную в батальоне мразь, которую в свое время набрал и вооружил Мельничук. Это отбросы общества: бомжи, нищие, наркоманы. У них нет ни чести, ни совести. Для них главное — выпить или уколоться, а перед этим — помародёрничать или похитить кого-то. Мельничук их этим поощрял, за что они его и любили. Из Половинкино их выгнал новый комбат Пташник, и они все осели в Счастье.

Мне один из командиров 92-й бригады, которая стоит в Счастье, рассказывал: «До приезда Мельничука в начале февраля мы наладили контакты с местными жителями. Приехал Мельничук со своей бандой — всех фермеров похитили, машины забрали, семена покрали, трактора угнали». Ну, банда! Сами по себе они ничего не значат, они чувствуют силу, только когда в стаю собираются.

И местные так возмутились, что собрались на демонстрацию с лозунгами «Путин, забери нас к себе!», сняли всё это на видео и разместили в интернете. Понимаете, до чего их довели?! Чтоб ты понимал: Счастье контролируется бандами, там нет прокуратуры или милиции, там нет суда. Там есть только закон орков.

...Но вернемся к Северодонецку. Возглавлял эту шайку человек с позывным «Барон». И все те люди меня прекрасно знали. Так получилось, что я весьма авторитетный человек в батальоне. Поздоровался с ними. Одно «тело» подошло: «Романыч, давай я тебе кобуру подарю...». У меня со всеми ровные отношения. «Барон» тоже подошел поздороваться. Возвращаемся через полчаса... И я до сих пор не могу понять, за что нас сначала избили, а потом и похитили. Эти «тела» приехали требовать, чтобы отпустили кого-то из ихних, там еще были разговоры о какой-то винтовке, тепловизоре. Всё как обычно — что-то орут, бряцают оружием. Я выхожу, и они почему-то собрались вокруг меня. Их было человек под 50. Смотрю, а моих пацанов сбивают с ног и начинают избивать. Ко мне один придурок подскочил и давай автомат выдёргивать из рук. Что-то орать начали. Я говорю: «Это что такое — а-ну наберите Мельничука».

Тот берёт трубку: «Пташник — агент ФСБ. Ты его поддержал, значит, ты тоже агент ФСБ». Ну, человек — шизофреник.

Фото: 112.ua

И меня начинают крутить. Я выхватываю пистолет, снимаю с предохранителя — но тут же в мой живот упирается автомат. Передёргивают затвор: «Если выстрелишь — мы тебя тут и положим». Я бы все равно стрелял, но одну мою руку уже схватили, а вторую выкручивают. Меня сбивают с ног, ломают руку, избивают. После этого надевают на меня наручники сзади и бросают в бус. Ограбили полностью: деньги, документы, часы, и даже письмо моей девочки 3-летней забрали...

Поехали на Счастье к Мельничуку. По дороге меня били непрерывно. Удивительно, что больше ничего не сломали. А наручники были так плотно застёгнуты, что даже кожу содрало. И все 11 дней меня держали в наручниках. А это были наручники старого образца — тонкие, врезаются в кожу. К счастью, я зубами выдернул из стены саморез и сам перезастегнул наручники спереди. Иначе рук бы у меня сейчас не было.

Привозят меня к Мельничуку. У меня один глаз полностью залитый кровью, голова вся в ранах, одежда разорвана. Диалог:

- Вот привезли Романыча — что с ним делать?

- А нахера привезли? Чо вы его не застрелили?

- Так, а за что?

- Ладно, бросайте его в подвал, не хочу с ним разговаривать.

А тут начали подходить нормальные люди, которые меня знают. Там же есть идиоты, а есть детвора, которую понабирали осенью со всей Украины. Эти ребята начитались про легендарный батальон «Айдар» и поверили Мельничуку. Им дали оружие, а в штат не ввели. Сказали: «Ты будешь в команде Барона, ты — в команде Брабуса, а ты — в команде Бульдозера». Это всё — фикция, но ты подчиняешься этим людям и невольно тоже становишься преступником. Им дали оружие — гранаты, РПГ. Послушайте, там оружия — просто немерено. И им говорят: «Это — сепар! А это — машина сепара! А это — дом сепара!». Не знаю, можно было бы уже и догадаться, что к чему... 

Осень 2014 года. Самый первый протест айдаровцев под стенaми Минобороны
Осень 2014 года. Самый первый протест айдаровцев под стенaми Минобороны

И такая вот детвора меня охраняла. Как они мне говорили: «У нас тут вольница. Мы — анархисты». Они кричали, что и Пташника убьют, и Лихолита (легендарный старшина «Айдара». — LB.ua). Надо признать: раньше «орки» воевали — и я считал их своими. Да, это заблудшие души, да, они в чем-то преступники, но они защищали государство, когда оно остро в этом нуждалось, когда не было армии. Теперь же я понимаю, что это — банда. Если честно, у нас же много судимых было, были и такие, которые пребывали в розыске. И вот этим людям дают оружие, а контроля — никакого. Но сначала они были заняты боями, а вот потом... Таких людей становилось всё больше, оружие выдавалось бесконтрольно, это был ужас... Очень многие не понимали грань между государственным, и личным — я об оружии.

Но вернемся к 18-му числу. Меня опустили в подвал и сообщили, что сейчас пойдут ко мне домой с обыском. И они поехали. Захватили с собой моего бойца избитого, заставили его встать под видеокамеру. Жена, естественно, открыла. Ворвались в дом, всё перевернули, забрали все ценности, деньги, вещи. Обычные грабители.

Потом, наверное, они начали «вкуривать», кто я. Потому что 19-го числа они уже расстегнули мне наручники. Сняли наконец с меня шапку. И кое-кто из них даже был без масок. Начали уговаривать меня покинуть страну, а иначе, дескать, они меня убьют. Я вам сразу скажу, что ни один человек в Счастье не был похищен без ведома Мельничука. А если и была самодеятельность, то его обязательно ставили в известность. Это его личный бизнес.

«Орки» эти требовали отдать какое-то оружие. Я им отвечаю: «У меня есть оружие в роте, могу вам передать на подразделение официально, по ведомости — я сдам, вы примете. А иначе меня посадят». Такие вот разговоры были. Но больше меня не били ни разу.

Ёрзали они, ёрзали, значит... Рассказали, что позабирали всё, что было у меня дома. И ночью меня повезли в милицию в Северодонецк — сдавать. Но милиция отказалась меня брать, потому что я же ничего криминального не совершал. Думаете, они сделали всё, чтобы меня освободить? Они еще и надели на меня милицейские наручники! Я же сломал старые наручники, и меня привезли в строительной стропе. Ну, я и от нее избавился, снял маску. Увидел, где нахожусь и спросил у милиционеров, задержан я или нет. Они с перепугу надели на меня свои наручники — номерные! В них, после безрезультатных многочасовых уговоров меня посадить, «орки» увезли меня обратно.

Москаль, кстати, знал об этой ситуации. Мы с ним в хороших отношениях. Я так считал. Науменко (глава областного УВД. - LB.ua) там был. Он тоже в курсе всех этих событий. Я его лично не видел, но начальник управления уголовного розыска Виталий Тарасов сказал мне, что всё начальство на месте и совещается по моему вопросу.

Главный милиционер Луганщины Анатолий Науменко
Главный милиционер Луганщины Анатолий Науменко

И я же просил ментов меня взять, а затем выпустить — но они отказались. И «орки» тоже не знали, что со мной делать. А жена моя уже стала поднимать шумиху — в одно место позвонила, в другое.

Привезли меня снова в Счастье на дачу (а «орки» же на дачах обитают). Наручники с меня больше не снимали. По итогу — 11 дней я провел в наручниках со сломанной рукой. Мельничук, повторюсь, обо всём этом знал, потому что ему звонила и моя жена, и сотрудники СБУ. Он отвечал, что я преступник и буду сидеть в тюрьме. Ну, дурачок...

А 23-го числа пришел командир Вася, предложил выпить мне стакан водки. Я благоразумно отказался. Рассказывает: «Мельничук завтра хочет тебя расстрелять, но ты хороший боевой офицер, давай мы тебе устроим побег». Я сразу понял, что это какая-то лажа, но решил попробовать. И через полчаса я открываю крышку люка, а в меня в упор стреляют с «Калаша». Пуля прошла в миллиметре от головы. Голову аж отбросило ударной волной. Могли просто пристрелить, но решили разыграть карту с побегом.

Мельничук просто не знал, что со мной делать. Потому что женадозвонилась комбатам-депутатам, и те вроде бы поставили Мельничуку ультиматум. Поэтому я был на правах чемодана без ручки: и отпустить — нельзя, и удерживать — невозможно. И обо мне забыли. За мной закрылся люк, навалили сверху всякого хлама. И шесть дней меня не кормили и не поили. Спасибо, хоть свет не выключили. Забыли, наверное. И я, когда хотел спать, выкручивал лампочку. По итогу я 10 дней из 11-ти не видел дневного света. Со мной в последние дни никто не разговаривал даже. Я, как Робинзон Крузо, отмечал на стенках дни. Чисто интуитивно. Но на один день всё же ошибся. Насчитал 11 суток, а по факту было 10 суток и 11 дней.

И вот как-то ночью открывается люк, вывели меня на улицу, натянули шапку и снова куда-то повезли. Вкинули меня в другой подвал, закрыли и уехали. И вот здесь они просчитались. Они подумали: мы его шесть дней не кормили и не поили, рука у него сломана, наручники — не выберется. А я выбрался!

Собрал на полу кирпичи, выстроил пирамиду — потому что до люка было 2,5 метра. Я одно понимал: если я не уйду в тот момент — я уже никогда не уйду. У тебя руки в наручниках, холодина — нереальная, спать — негде, потому что под тобой сырая земля. И я никому не пожелаю пережить того, что пережил я: когда ты понимаешь, что можешь остаться в этом подвале навсегда, и никто не услышит твои крики о помощи... Это страшное чувство, это такая безнадёга, что лучше бы тебя били или пытали. И тебя бросили туда, а достанут только тогда, когда вспомнят или захотят. Я думаю, после войны там по подвалам найдут десятки трупов.

Чтобы ты понимал — там сотни брошенных дач. Потому что эти «орки» там всех затерроризировали и 99,99% людей сбежали оттуда куда глаза глядят. А эти дачи считались элитными. Я, кстати, в своём подвале нашел 3-литровый бутыль самогона, бутылку водки, перцовку и бутылку шампанского. Но напиваться с горя я не собирался.

Я взял мотор от водяного насоса и использовал его как кувалду. И это со сломанной рукой. Сначала отогнул углы крышки. А вот эта детвора, которая служит «оркам», оставила мне фонарик. Я посветил и увидел, что в метре от меня были два топора и кувалда, прикрытые мусором. Бросил петлю, подтянул сначала одно, затем — второе. Но все равно всю ночь занимался. К утру управился.

Выбрался, первая мысль: зачем такой яркий свет включили? А это, оказывается, был дневной свет. Для меня после стольких суток под землёй он был как прожектор.

Было за мной подобие погони, потому что они как раз приехали. Отошел я метров на 50 от дачи, и началась стрельба. Там всюду заборы из рабицы. Я что делал — разгонялся, наваливался на рабицу всем телом и переваливался через неё. А они с автоматом, да еще и с разгрузкой, а кое-где и с «броником» не могли за мной это повторять. Не-ре-аль-но! Они только и могли что стрелять. Я перешел «железку», ушел в лес, потом по болоту прошел. Прошел два минных поля, два секрета. Уже вечером вышел в районе Райгородки. Нашел телефон, позвонил своим ребятам, они меня и забрали. Было это 28-го числа.

Теперь о том, что случилось с теми ребятами, которые были вместе со мной. Один вот сидит сейчас рядом с нами — его освободили через полтора дня после инцидента. А когда 2-го марта я со своей ротой пошел зачищать Счастье от этих уродов, то «орки» с перепугу просто забыли об одном из моих солдат и мы его без лишних эксцессов забрали. А вот о судьбе второго солдата — Назара Данылива — ничего не известно. Я знаю, что его по приказу Мельничука били, пытали. Всё хотели, чтобы он дал против меня какие-то свидетельства. Понимаете, ему же надо было как-то объяснить людям, за что меня задержали. Я человек известный, десятки пленных были освобождены благодаря мне. Они стали выдумывать, что у меня из дому забрали полтора миллиона долларов и целый «Камаз» оружия. Если это правда, то так и хочется спросить: ну, и куда всё это подевалось?

Звонили «Барону» насчет Назара. Тот пообещал утром 3-го марта его отпустить. А затем сказал, что его забрал комбат. А Мельничук сказал, что Назар уже на свободе, но не хочет возвращаться в роту. Фактически, признал, что Данылив у него. Но Назара нет, и мы предполагаем самое худшее...

Мы готовы были с помощью ВСП и военной прокуратуры зачистить Счастье от этих банд. Поверьте, они уже всех достали — и ВСПшников, и милицию, и «армейцев». Но не все хотят идти под пули этих уродов. Мы же люди военные, мотивированные. Впрочем, приказа о зачистке так и не поступило...

Мельничук — это больной человек, который видит себя гетьманом Украины. Но моя рота точно не стала бы ему в этом помогать. Возможно, это одна из причин, почему меня забрали. Потому что когда я был в плену, орки кричали: «Змея (Наталья Булах, экс-командир 1-й роты«Айдара». - LB.ua) нас предала!». И недавно её тоже похитили. Те бандиты, что подчиняются Мельничуку, расползлись по всей стране. И это уже не совсем обычные бандиты — они вооружены до зубов, они почувствовали запах денег и крови. И ты ж видишь, они в открытую действуют под флагом «Айдара». А они к нам никакого отношения не имеют. Воюющий «Айдар» стоит в Лисичанске, Трёхизбенке и в том же Счастье. Да, в Счастье порядочных ребят не так много, как хотелось бы, но они есть. А после истории со мной многие отвернулись от Мельничука. И, уж поверьте, это были далеко не последние люди.

Сергей Мельничук со своими сторонниками под стенами Минобороны в начале февраля
Фото: EPA/UPG
Сергей Мельничук со своими сторонниками под стенами Минобороны в начале февраля

А бандиты властвуют на дачах. И они, как метастазы, расползаются по всей Луганской области — то в Беловодске кого-то похитят, то в Новопскове. Им достаточно наводки, что там-то и там-то есть богатый фермер. Мотив один: «Так он — сепар!». Хорошо, если человек смог откупиться, а сколько таких, которых эти идиоты убили.

А я вышел из заточения и ни одного дня в больнице не лежал. Сразу — на передовую. С семьёй разве что увиделся. А эти уроды за нашей спиной грабят людей. Этот Мельничук изображает из себя овечку. А он — мразь, шизофреник и садист! Его место — в тюрьме.

То, что он перешел в группу Еремеева — это его личное дело, но то что он украл боевого офицера и солдат своей бывшей части — это преступление. Послушай, так он же сорвал операцию по деблокированию Дебальцево! Ведь 18-го числа штаб Сектора поставил боевую задачу — оказать помощь в деблокировании Дебальцево. Это была локальная операция, которая должна была облегчить участь наших войск. Если бы мы в результате этого спасли пускай даже 10 жизней (а в реальности вышло бы намного больше) — это уже был бы успех. Но «благодаря» этим дебилам ничего не произошло — меня выкрали, карты Генштаба, которые были при мне, похитили. Можно было бы все равно попытаться провернуть операцию, но — а если бы нас там уже ждали? А мы бы укусили так, что помогли бы ребятам. И все люди были настроены, у нас нету «задних». А вот когда Мельничуку, который везде кричал, что 0624 — самая боеспособная часть, а 2950 — не пойми что, дали приказ пойти на Дебальцево, он отказался. А там же пустые города были, заходи — не хочу. Мы бы развернули часть их сил обратно...

Фото: www.facebook.com/aleksej.gerasimow

Слушай, вспомнил — так они ж меня хотели оркам лугандонским продать! При мне вели переговоры, о цене договаривались — за $50 тыс. Я даже не знаю, как их назвать после этого.

Я думаю, Мельничук меня бы не выпустил. Или убили бы, или бы я помер в том подвале. Хотя они меня обнадёживали: «Мы убьём Пташника и других предателей, а потом мы тебя отпустим».

Я тебе еще одно о Мельничуке расскажу. В начале июля он при мне звонил кому-то и говорил, что сепары готовы обменять трёх своих доходяг, которые сидят в Старобельской тюрьме, на Надежду Савченко. Мельничук сказал, что переговорит по этому поводу. Но по факту он не общался ни с милицией, ни с СБУ. На тот момент это для него было настолько неактуально, что он просто забыл об этом. А операцию по освобождению Савченко можно было элементарно провернуть.

***

Мы позвонили Сергею Мельничуку, чтобы он прокомментировал ситуацию. Экс-комбат был немногословен: «Я уже просто не хочу. Я и раньше не хотел общаться».

При этом несколько похитителей «Роман Романыча» уже арестованы. Как, например, Александр Бабич (он же — Саша «Бульдозер»). Бабич вообще специалист по похищениям — это он скручивал другого бойца батальона «Айдар» Максима Козуба под стенами Минобороны. «Романыч» говорит, что арестованы и бойцы с позывными «66-й», «Чечен», «Татарин». По его словам, похищенное у его группы оружие — пулемёт и три автомата — были изъяты аж в Хмельницкой области у людей из группировки «Чечена». Хочется верить, это только начало. «Дело Романыча» может обернуться огромными проблемами как для бывшего комбата Мельничука, который пока еще находится под защитой депутатской неприкосновенности, так и для луганских правоохранителей, бездействие которых невозможно ни постичь, ни оправдать.

Тэги: похищение людей, батальон "Айдар", Сергей Мельничук, Науменко Анатолий
Печать
Читайте в разделе
Выбор читателей